Зимой люди теряются. Нет, не в том смысле, что они блуждают одинокие по улице в поисках своего пристанища, а потому что пытаются разобраться в себе. То, что еще осенью казалось вполне сносным, зимой приобретает черные цвета. И как бы мы ни пытались этого избежать, нам просто напросто больше ничего не остается – кружки горячего чая надоедают, а плед, которым мы изо дня в день укрываемся, тускнеет. Весной люди только начинают приходить в себя. Вот и на данный момент София объявила ультиматум зимней депрессии и спускалась в гостиную. Конечно, она бы с радостью вышла на улицу, свежий воздух на нее всегда действует отрезвляюще, но на улице было тоже самое, что и в гостиной, разве что не было дождя, а в остальном все также мрачно, серо. Куда бежать от этой серости? И стоит ли вообще от нее убегать? Возможно, такой побег имел бы место, будь мисс Ричардсон на факультете Пуффендуя, но здесь так нельзя было поступать. В гостиной почти никого не было, что несказанно обрадовало Софию, с ее лица даже невольно соскользнула довольная улыбка. В-первые что-то за весь день доставило ей удовольствие, ведь утро, да и вообще весь день, не был безоблачным: ночью кто-то постоянно ворочался и не давал заснуть, на завтрак не было ее любимых кексов ,  потом травология, к которой София просто-напросто не подготовилась и поэтому сидела вся на нервах, беспокоясь  о том, что ее могут в любой момент спросить. Пройдя к диванчику, что стоял в центре гостиной в голове мелькнула мысль И где все? Такого массового исчезновения давно не было  Оторвавшись от своих мыслей она заметила Барти сидящего на этом диване и София почувствовала себя неуютно, подумав Сейчас решит, что пришла надоедать ему, а вдруг он тоже пришел отдохнуть от всех и от всего. Ричардсон всегда была благосклонна к Краучу, не будет даже преувеличением сказать, что он ей симпатизировал – на курс старше, уверенный в себе, галантный. Находка для любой девушки, но не для Софии, у нее не было права выбора, потому она должна была вести себя согласно этикету, не оказывая лишних знаков внимания, которые могут быть восприняты неправильно. В какой-то момент она набрала в грудь побольше воздуха, чтобы поздороваться, но потом все-таки решила не нарушать тишину. Ричардсон бегло оглядела комнату в поисках своего спасения и заметила валяющийся на журнальном столике номер «Пророка», решив что это то что нужно, она взяла газету в свои руки и села на другой конец дивана, приступив к изучению неизменных новостей ,что потрясают мир магии. На самом деле она никогда не интересовалась печатными изданиями, будто то книга или журнал. Почему? Она  часто была не согласна с мнением автора и  поэтому считала, что в книгах пишут , то что люди хотят прочитать и поэтому правды в них мало. Ей , например, казалось, что читать трагедии Шекспира – это удручающе, ведь в жизни своих проблем хватает, а тут еще и в каждой пьесе непримиримые разногласия. Но в данный момент все ее внимание было приковано к Барти А вдруг он меня сочтет невоспитанной и высокомерной из-за того что я даже не удосужилась поздороваться? Как только эти мысли пронеслись в голове, она убрала прядь за ушко, что непослушно падала на лицо, нацепила доброжелательную улыбку и выпалила на одном дыхании Привет, я надеюсь не помешала тебе тут? Если что только скажи и я исчезну. Да, сказать можно все что угодно, но даже дураку станет понятно,что на данный момент София Ричардсон не покинет гостиную ни под каким предлогом.

Отредактировано Sophie Richardson (2009-03-25 20:10:19)