Сделав вид, что задерживается у витрины магазина канцелярских товаров, Рем отстал от своих друзей. Хотя в данный момент он им и не был нужен - обсуждали последний матч по квиддичу, Рему же эти разговоры были неинтересны. Да и дело он задумал куда более важное, чем поддакивание с глупым видом...
    Нужное Лунатику заведение находилось в конце узкой темной улочки, напоминающей Лютный переулок своими обшарпанными стенами и тяжелым запахом сырости. О "Веселом Висельнике" Рему рассказал друг по переписке, один начинающий вампир. Бар, двери которого открыты были только для оборотней, вампиров и прочей веселенькой нечисти, был охраняем заклинанием Фиделиус, и только благодаря своему кровососущему другу Рем мог туда сходить. Он вообще-то давно собирался, но решился только теперь, после этого случая...
    "Висельник" располагался в тупике улицы, между двумя покосившимися домами, в которых явно уже многие годы никто не жил.
    - Бар "Веселый висельник", - прошептал Рем, и старые дома "разъехались" в стороны.
    Рем ожидал увидеть всё, что угодно, но не это. Чисто вымытые окна, ухоженный газончик у крыльца, новая деревянная вывеска, еще сладко пахнущая древесной стружкой. В окнах можно было разглядеть немногочисленных посетителей за столиками... Рем облегченно выдохнул и поднялся по каменным ступенькам. Дверь открылась перед ним сама собой, и юноша вошел в помещение.
    Внимания на него никто не обратил. В углу пили из высоких бокалов красную жидкость два утонченных вампира, еще одна бледная девушка с красными губами сидела отдельно и что-то ела. У окна листала незнакомую газету седоволосая женщина, от одного взгляда на которую у Рема встали дыбом все волосы - оборотень! При чем невероятно сильная... Рем быстро отвел взгляд и подошел к барной стойке. Из-за шелестящей бисерной занавески выглянул бармен-оборотень в бордовой униформе:
    - Добрый день. Что-нибудь закажете? - парень заинтересованно оглядел новенького, но ничего больше спрашивать не стал.
    - Да, п-пожалуй, - запинаясь проговорил Лунатик. Он влез на высокий стул и облегченно стащил с горла гриффиндорских цветов шарф. Кажется, ему начинало здесь нравится - вполне себе тихое, уютное место. Бордовые занавески, блестящий паркет, даже музыка откуда-то негромкая и мистическая раздается. - Мне чего-нибудь попить... Сока или воды.
    Дождавшись заказа - гранатового сока, - Рем совсем успокоился. Потягивая из трубочки сок, он тайком оглядывался на женщину-оборотня. "Подойти или нет? Она наверняка знает..." - размышлял Лунатик. В баре были и другие... люди, но они интересовали юношу меньше. "Подойти?... Ладно, допью сок и подойду..."

Рем внутренне напрягся, когда рядом с ним устроился человек в черном и нелюблезно заказал «чего-нибудь, что пьют». Заметно встревоженный бармен принес абсент и скрылся из глаз. А Рем прислушался к своим ощущениям. Незванный сосед человеком не был. Здесь не было людей, если верить приятелю Санни и всем присутствующим: люди по-другому пахнут - страстями, страхом и амбициями. А здесь было так спокойно – в этой сокровенной обители темных.
    - Привет! Не совсем подходящее место для маленьких оборотней, верно?
    Рем повернул голову в сторону незнакомца, скрывавшего лицо под балахоном. Обратился он к Ремусу, можно сказать, даже дружески, но теплоты и душевности оборотень не уловил. Спокойно и твердо юноша ответил:
    - Это самое подходящее место для оборотней, я считаю.
    Он отвернулся и уставился в стакан, на дне которого блестел сок, драгоценного рубинового оттенка жидкость. Прямой угрозы от черного типа не исходило, но всеми фибрами своей вервольфьей души Рем ощущал неприятную тревогу. Комкая в пальцах кисти шарфа, он скосил взгляд под стойку и с удивлением обнаружил, что незнакомец бос. Сказать, что это странно, не сказать ничего. Рем еще не видел людей (людей ли?), расхаживающих в апреле босиком, это было необычно и непривычно, и юноша, не сдержавшись, фыркнул. C языка готов был сорваться вопрос, насколько полезно это для кровообращения, но Лунатик промолчал.
    Он снова обернулся на седоволосую женщину: та сложила газету и, скользнув по юноше ничего не значащим взглядом, покинула заведение.
    Рем дернулся, готовый догнать ее, но остался на месте и лишь разочарованно вздохнул. Он почему-то был уверен, что женщина-вервольф прекрасно знает Сивого.

- Как тебя зовут, о юнный оборотень, и что Гриффиндорец делает в таком заведении?
    Рем неприязненно покосился на незнакомца – он казался ему слишком неестественным, наигранным, что ли. И только Люпин хотел ответить очень-преочень грубо, как собеседник снял свой капюшон. Вполне себе обычный человек, может быть, немного бледный, не вампир - это точно... Однако когда незнакомец достал из кармана мантии слизеринский шарфик и с улыбкой повернулся к Рему, юноша чуть не упал со стула от изумления.
    - Осталось со школьных годов, - самодовольно поделился незнакомец, размахивая факультетской регалией.
    - Да, я вижу, - неуверенно улыбнулся Лунатик. – Глаза у Вас… м-м… слизеринские. В масть к шарфику.
    Выглядело это, по правде говоря, жутко – стеклянные змеиные глаза на привлекательном лице. Однако Рем прекрасно знал, куда шел, и даже змееглазый тип его из колеи выбил только самую малость. Лунатик, по-прежнему улавливая смутную угрозу, сделал равнодушное лицо, вернулся к своему почти пустому стакану и сказал:
    - И вообще, я думаю, в этом баре глупо выяснять, чей факультет круче.
     Разумеется, называть свое имя он не стал. Если бы спросил об этом собрат, он бы ответил. А всяким босоногим незнакомцам представляться было… опасно.
    Люпин, игнорируя присутствие змееглазого, позвал бармена и заказал себе еще сока, мысленно подсчитывая сколько стаканов может выпить и на сколько у него хватит карманных денег.

Рем догадывался, с кем имеет честь общаться… Догадывался, но никакого страха не испытывал. Тревогу у Люпина вызывало ощущение опасности, исходящее от Змееглазого, ощущение какой-то неосознанной или, может быть, скрываемой враждебности, исходящей от этого существа. Змееглазому зачем-то понадобился оборотень-школьник, и он нес раздражающую околесицу. Ремус с непроницаемым лицом пил сок, поглядывая на мужчину, и с каждым его словом чувствовал, как растет в нем неприязнь.
    - …Ты наверно догадываешься что произошло дальше?..
    - У меня нет друзей, - подумав, ответил Лунатик, когда стало понятно, что Змееглазый ждет от него ответа. Он не собирался отрекаться от Бродяги и Сохатого, но посторонним знать о них не следовало. – Но пока я учусь в школе, мне не дадут забыть о трансформациях. За этим следит не один человек. А вообще… - Рем мечтательно заулыбался. – После школы я уеду в Норвегию и стану моряком… Представляете? Ветер, волны, скрип мачт, отдать швартовы, сезонные миграции медуз… Вы когда-нибудь выходили в открытое море?
    Ему было всё равно, выходил босоногий собиратель отверженных или нет, да и сам он не собирался после школы в Норвегию. Но поддерживать беседу в том ключе, что задал Змееглазый, Ремус не собирался. Он пришел сюда с другими целями.
    Люпин нацепил на лицо равнодушное выражение и увлекся соком. У него была мысль вытащить волшебную палочку и положить ее на видном месте, но мысль он отбросил как глупую. Он чувствовал, что Змееглазый чрезвычайно силен в магии, и искушать судьбу не хотелось.

Демонстрация того, чему не участ в школе, Рема не впечатлила и еще больше испортила впечатление о Змееглазом. "Псих конченый", - подумал Лунатик, слезая со стула. Он хотел было помочь собрату, но тот, бросив на Змееглазого полный ненависти взгляд, пошатываясь ушел из зала. Золотые монеты остались лежать на полу.
    Рем заклинанием притянул их к себе и положил на стойку перед Томом Риддлом:
    - Вы, кажется, обронили.
    На сентенцию Риддла о том, что тот может выяснить его имя с помощью своей волшебной палочки, Рем почти не обратил внимания. Волшебники, наверное, еще и потому недолюбливали оборотней, что не могли прочесть их разум с помошью заклинаний. Легилименция была бессильна: защита разума оборотня создавала иллюзию отсутствия этого самого разума. Примерно поэтому не каждого оборотня можно было подвергнуть Империусу, не каждому оборотню можно было стереть память... Поэтому Рем только улыбнулся, постаравшись, чтобы улыбка не была снисходительной:
    - Меня зовут Лунатик. Скажите, а зачем вам нужно знать мое имя? Зачем вам я? Я всего лишь скромный гриффиндорец.
    Рем закрутил на шее шарф и сделал самое простое лицо.