1. Имя.
James Potter|Джеймс Поттер

2. Факультет, курс/должность
6 курс, Самый Лучший Факультет!

3. Биография.
  Ну, нельзя сказать, что детство Джеймса как-то особенно отличалось от детства любого другого отпрыска магической семьи. Родился он шестнадцать лет назад, в муках, с воплями, после девяти месяцев беременности – всё так, как это обычно бывает.
  Семья Джеймса была чистокровной, я бы даже сказал, наичистокровнейшей – ведь он исходил от Игнатиуса Певерелла – младшего из легендарных братьев, изобретших Дары Смерти, как окрестил эти уникальные артефакты сказочник Бард Биддл. Разумеется, Джеймс, как и его родители, об этом даже не догадывался. Соответственно, родственниками Поттеров являются все древние магические семейства, включая Блэков, Прюэттов, Уизли, Крауч, и даже Мракс… факт этого родства волшебники предпочитают не вспоминать – уследить за хронологией рождаемости детей, заключения браков и переселения по стране абсолютно не возможно. Да и к тому же Поттеры в отличие от своих далёких родственничков, никогда не принадлежали к высшему обществу, хотя и имели все признаки такового. Так что Джеймса воспитывали вдали от всяких напыщенных церемоний, идиотских традиций и безосновательных предрассудков. Родители Джея – Дороти и Чарльз Поттер жили в мире и согласии и были образцовой семейной парой во всех отношениях. Оба они занимали высокие посты в министерстве магии и были очень уважаемыми волшебниками, даже имели ячейку, расположенную в самых недрах Гринготтса и содержащую столько золота, сколько хватило бы на их беззаботную старость и обучение сына, но они продолжали усердно трудиться на благо своим далёким потомкам. Джеймс – единственный ребёнок в семье, где оба родителя находились в довольно преклонном возрасте, вполне естественно, что он не был лишен родительской любви…нет, его не баловали, но и не сильно ограничивали. Дора и Чарли приложили много стараний, чтобы вырастить сына добрым, внимательным и жизнерадостным мальчиком и это им удалось, частично… с последним пунктом они явно перестарались – веселиться Джеймс действительно умел… это незаурядное «умение» проявлялось с раннего детства, даже гости знали, что дарить бьющиеся, колющиеся, или просто хрупкие предметы Поттерам не стоит. Магия появилась у Джеймса довольно рано – лет примерно в пять, в то время, как у остальных магических отпрысков она появлялась в 6-7. Первая его «шалость» явила свету кота в сиренево-желтую полоску. Также силы нередко выходили из-под контроля и приносили к счастью поправимые разрушения их особняку. Сначала это казалось родителям забавным – мол, пускай дитя тешится, но впоследствии они сильно поплатились за то, что давали волю шалостям Джеймса.
  Также в доме Поттеров собирался в своём роде свет магического общества, но не аристократический, а интеллектуальный – на соседстких посиделках в их доме побывали все жители Годриковой Впадины – и Батильда Бэгшот(всемирно известный историк магии), и Альбус Дамблдор(преподаватель трансфигурации в Хогвартсе, изобретатель 12-ти способов использования крови дракона), и Альберт Уоффлинг (теоретик магии), и многие другие. На подобных собраниях Джеймс присутствовал довольно редко, но если уж и присутствовал, то с огромным уважением относился к этим великим людям, и даже участвовал в дискуссиях на равне с ними.
  И разумеется письмо из Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс не стало для Джеймса сюрпризом. А поход в Косой Переулок не стал праздником – там Джей конечно же бывал, и не раз. Иначе и не могло быть.
  Итак, первого сентября ---- года Джей впервые ступил на платформу 9 ¾. В сопровождении родителей, разумеется. Сел он в алый поезд и…чух-чух-чух…укатили в Хогвартс. Ещё в там Джеймс встретил своего лучшего друга и главного сообщника – Сириуса Блэка, будущую возлюбленную Лилиан Эванс и предмет насмешек – Северуса Снейпа, которого в тот же день и окрестил «Нюниусом»…
  Ну, потом по-старинке…буль-буль-буль…в Хагридовских лодочках доплыл до замка. Поразевал рот, пялясь на зачарованный потолок, так что туда воску со свечей накапало… Программа развлечений стандартная – всё как когда-то было у его родителей… А потом пришла Она – старая тётка со старой шляпой… Шляпа была во много десятков раз старше, чем старая тётка, поэтому дети испугались. Шляпа оказывается умела говорить (этот аттракцион был включён в стоимость путёвки), и должна была распределить малышей по факультетам. И распределила она всех… ну, кого в Гриффиндор, кого в Пуффендуй, кого в Когтевран, а Джеймса… вызвали под четвёртым номером, поэтому как назывался ещё один факультет, они узнали потом. Словом, наш милый ребятёнок со всеми остальными первокурсниками дружным строем потопал к столу красно-желтых под бурные овации (ей-богу, рок-звёзд так не встречают, как первокурсников).
  А потом началась бурная студенческая жизнь. Ну, началась по приезду в Хогвартс, ясное дело… А вот бурной стала далеко не сразу. Но этот момент можно опустить. Джей собрал вокруг себя компанию – к нему и Сириусу присоединились Ремус Люпин(главный школьный ботан и скромник) и Питер Педигрю(пухленький неуклюжий мальчуган, восторженно следовавший повсюду за Джем и Сири). Неразлучный квартет весьма плодотворно спелся – Сири и Джею в голову приходили безбашенные идеи, которые в результате длительных мозговых штурмов Поттера превращались в безупречно подстроенные диверсии, Ремус, будучи старостой, покрывал своих друзей а также частенько давал списывать лентяям, а Питер – он был так, для массовки, ну и иногда проделывал всю грязную работу…Словом, образовалась эдакая “могучая кучка”, “фантастическая четвёрка”, “Чип и Дейл в квадрате” – можете называть как угодно. Главной целью школьных будней ребят были шалости. Иногда они были безобидными, иногда – жестокими… Порой ребят наказывали, порой – нет… Но очень многое им сходило с рук.
Но никакие шутки-прибаутки так не сплачивают, как общая тайна. А таковая у них имелась – о том, что Люпин – оборотень, знала лишь четвёрка и Дамблдор. Чтобы помогать другу переживать свои ежемесячные проблемы, друзья решили стать анимагами – вот тут-то разгильдяям пришлось серьёзно засесть за книги, на зубок выучить теорию и старательно практиковаться – такого они бы ни за что не сделали, если бы цель не стоила того. Перед пятым курсом друзья-таки добились своей цели и раз в месяц отправлялись вместе с Люпином в Визжащую Хижину(именно поэтому заброшенный дом приобрёл такое название). Звероформой Джеймса был олень, как и его патронус, Сири превращался в большого чёрного пса, а Пит – в упитанную крысу. Тогда четвёрка стала называть себя «мародёрами», придумали клички – «сохатый», «бродяга», «лунатик» и «хвост». Немало времени Джеймс потратил на изучение Хогвартса, а на четвёртом курсе у него появились первые задумки «карты мародёров», на которой он хотел запечатлеть все открытые им и его друзьями ходы и не только.
  Джеймс и компания вели настоящие баталии со слизеринцами и в особенности с Северусом Снейпом, которого они называли не иначе, как «Нюниус» или «Сопливерус». Эта борьба особенно обострилась на пятом курсе, и по времени совпала с началом борьбы Джеймса за сердце гриффиндорской заучки, красавицы и просто доброй душой – Лили Эванс. Лили игнорировала все попытки Джеймса, либо попросту не замечала – не важно… в любом случае это больно било по самолюбию отчаянного гриффиндорца – ведь к тому моменту у него уже был достаточно большой опыт в делах амурных и любая девчонка не отказалась бы оказаться в его постели, но только не Лили. Виновником такого поведения Лили Джей считал именно Снейпа – друга детства Лили, того, с кем она всегда советовалась и доверяла… Джеймс решительно не понимал, как она могла не замечать того, с кем общается этот слизняк, как он себя ведёт по отношению к грифам… это же было элементарно! Но нет – Лилиан решительно отказывалась его слушать! Кроме того Северус по воле случая оказался в курсе маленькой тайны мародёров – в самом начале пятого курса Джеймс по доброте своей душевной спас его от Люпина во время полнолуния. Как я уже сказал, вражда достигла своего пика в конце пятого курса, а именно в июне перед сдачей С.О.В, когда произошел весьма неприятный инцидент…
  На поляне, неподалёку от озера расположились мародёры – Люпин, как обычно с книгой, Джеймс неизменно игрался со снитчем, Пит ему аплодировал и восхищался, ну а Сириус просто скучал… знайте – скучающий Сириус – это не к добру. Скучающий Сириус готов поругаться с друзьями… Джей, как обычно думал не тем местом, или же вообще не думал – в общем, он ни с того ни с сего напал на Нюньчика, имевшего несчастье сидеть неподалёку… Сохатый применил Экспелиармус, а затем Левикорпус – заклинания весьма безобидные, но их вполне хватило, чтобы надолго опозорить слизеринца – когда тот завис вниз головой, мантия тоже свесилась вниз, выставляя напоказ грязные подштанники. Ну а что, разве Джей виноват в том, что слизеринец не стирает трусы?! Свидетелей этого события было много, и в их числе была Эванс, кинувшаяся защищать своего дружка… в ответ на свои благородные действия она получила от Северуса лишь оскорбление – «грязнокровка».
  А теперь, собственно, начался шестой курс…

4. Внешность.
«взгляд со стороны»
  Стоит душный августовский вечер. Над Годриковой Впадиной стоят тяжелые, будто налитые свинцом, грозовые тучи – именно стоят, а не плывут куда-то, гонимые ветром. Да, ветерка бы сейчас точно не помешало. Дом, как ни странно, тоже стоит. Но ему, понимаете ли, никуда плыть в принципе, и не положено. А дом этот довольно странный. Нет, не ветхий и расшатанный, а как раз наоборот – эдакий пряничный домик из страшной сказки братьев Гримм – сверкающий чистотой, свежевыкрашенный в карамельный цвет, и даже ставни не собираются скрипеть, ступеньки – проваливаться, а дорожка, ведущая к калитке – наградить ваши ботинки слоем грязи. Словом, красивый домик, как из детского конструктора “lego”.
  А тем временем на той самой дорожке, ведущей к калитке, появляется ещё один участник развернувшейся перед нами панорамы. И, куда бы вы думали, он направляется? Не сложно предположить, что к единственному месту, в которое эта дорожка ведёт. Мы не видим его лица, но со спины можно и так многое разглядеть. Идёт он неторопливо, но и шагом далеко не прогулочным – просто твёрдо идёт по дорожке. Видно, что его мысли занимает какое-то дело, и прохлаждаться он явно не собирается – есть цель, и к этой цели он идёт, не отвлекаясь даже на таких зевак, как мы, решивших нагло подглядеть за тем, как проведёт этот вечер наш герой. А ведь дело это совсем не наше. Не красиво всё-таки лезть в жизнь добропорядочного и законопослушного подданного Великобритании. Но что-то мы отвлеклись…
Итак, перед нами – молодой человек… молодой, ибо походка у него лёгкая и пружинистая. Да и фигура у него явно подростковая, хоть и вполне себе мужественная и спортивная. То что человек, надеюсь, аргументировать не надо? Homo sapiens – человек разумный. Даже более разумный, чем вы могли бы предположить, впервые услышав его фамилию. А её вы обязательно услышите, и не раз.
  Одет он очень просто, даже слишком просто. Сказать, что о моде у парня явно понятия отдалённые – значит, ничего не сказать. И дело даже не в хорошем или плохом вкусе… Но причины, по которым он никак не выделяется, вполне его оправдывают – ну что же поделать, если в среде, в которой ты вырос, тряпкам не придают никакого значения? Это даже хорошо. Джинсы, повидавшие виды кеды, простая футболка – всё же не кленовый листочек, которым Адам на библейских рисунках прикрывал причинное место. А вообще(с виду не скажешь, но мы-то о нём всё знаем), этому парню очень идут строгие (и не очень) костюмы, и смотрятся они на нём вовсе не нелепо и не пафосно. Но костюмы ему не по душе. Особенно в душный августовский вечер.
  А пока мы с вами болтали, наш герой уже успел преодолеть путь до калитки, и извлечь из кармана длинный деревянный предмет, похожий на указку.
- Люмос! – произнёс парень. Голос у него уже давно сломался, но в вечерней тиши прозвучал совсем не грубо, а даже мелодично – можно предположить, что и петь девушкам какие-нибудь там серенады, он способен. На конце палочки возникло свечение. Наверное, парень совсем забыл, или нарочно пренебрёг “Статутом о секретности“ – даже не удосужился проверить, нет ли вокруг зевак, вроде нас с вами.
  А тем временем луч света пал на его лицо, заставляя парня чуть зажмуриться и предоставляя нам возможность хорошенько его разглядеть. Волосы, видимо, давно не стрижены, но мыты. Вблизи они кажутся ещё более всклоченными, чем издалека. Цвета тёмного. Цвет лица бледный, посторонний человек, не знающий, что для парня это норма, может предположить что он болен. Да ещё и эти ужасные синяки под глазами… Но всё же первое, что так и тянет сказать этому парню, - “Эй, чувак, ты бы побрился!”. Об этой нехитрой процедуре наш герой уже пару дней, как минимум, не вспоминал. Что касается черт лица – он НЕ красив. Обаятелен, харизматичен, подвижен, с живыми глазами,… но всё же некрасив. С Кикимером, конечно, слава Мерлину, в родстве не состоит, но со сверстниками по красоте морды лица не соперничает – здесь он не первый, хоть и не последний. И это его, скажу я вам, не слишком заботит. Нос… с горбинкой, смотрится так, будто его оторвали с какого-нибудь другого лица и прилепили сюда – совсем не к месту. Брови кустистые, внешние уголки опущены вниз, и, поверьте на слово, Брежнев здесь ни причём. А глаза нормальные, карие такие, с девчачьими длинными густыми ресницами. Щёки впалые, скулы вроде на своём месте и даже поддаются симметрии, подбородок квадратный (будто парень в детстве проглотил радиоприёмник, не по величине, а всего лишь по форме))). Уши – тут вам симметрии никакой не видать как своих ушей. Хотя, и ушей этого самого парня тоже не видать – за лохматостью причёски. А теперь представьте себе этого лешего. Устрашает, не правда ли? Но если опустить красноречивые преувеличения автора и остановить бурную фантазию читателя, то получится парень, который стоит перед нами, вполне нормальным, ничем не выделяющимся, среднестатистическим подростком с довольно сглаженными чертами лица, немного запущенный, похожий на неудачника. Но это только на первый взгляд. А первое впечатление нередко бывает обманчиво. Он ещё всем покажет своим праведным примером, что не внешность красит человека.
  И всё же есть в его внешности нечто отталкивающее. Он принадлежит к числу таких людей, которых один вид уже порождает недоброжелательство. Он будто бы недоволен всем, что происходит вокруг него, презирая каждое дерево и каждую травинку в радиусе километра от него. Зрителя возмущает в особенности его надменная улыбка, нахальный взгляд прищуренных глаз, небрежность в одежде и раскованность движений.
  Но что же мы с вами делаем? Безо всяких претезаний совести пялимся на человека. И, надеюсь, вы не думаете, что он будет так и дальше стоять, как олух, посреди пустынной улицы, и ждать пока мы его хорошенько рассмотрим? На все эти придирчивые разглядывания у нас не больше половины минуты, ибо паренёк уже, будто голосуя на магистрали, машет палочкой. И тут прямо из тени лип вырывается огромный чёрный автобус и с рёвом тормозит прямо перед носом парня. Здесь мы нашего героя и оставим.

5. Характер.
  Школьная знаменитость, сердцеед и донжуан, бунтарь, срывщик уроков, головная боль учителей, звезда квиддича, и при этом почти отличник… - такое определение обыкновенно дают двум неразлучным друзьям – Сириусу Блэку и Джеймсу Поттеру. В отношении каждого из них, утверждение не верно, пусть даже оно составлено из самых ярких качеств обоих друзей. На самом деле личность Джеймса Поттера куда менее замечательная, а все его мнимые добродетели, лидерские качества и популярность в школьные времена, как это обычно бывает после смерти героя, многократно преувеличены. Что ж, попробуем отделить из всей этой неразберихи настоящего Джеймса Поттера, уже не шаловливого ребёнка и ещё не доблестного героя войны.
  Джеймс устроен крайне сложно. Так что если вы считаете, что Поттер – самодовольный дуралей с ветром в голове, то вам придётся закатать губу. Джеймс Поттер – это Печорин, Онегин, Болконский и Чацкий в одном лице, приправленный цинизмом героев Ф.Бегбедера и романтичностью персонажей романов Джейн Остин. Сложно представить? А придётся.
  Но начиналось всё вполне безобидно. Рос себе в Годриковой Впадине на радость родителям шаловливый весёлый пацан. Попал в Хогвартс, на факультет самых смелых, самых лучших, завёл друзей, стал всеобщим любимчиком… Всё это вы уже и так знаете. А потом - раз и повзрослел, да так быстро, что и глазом моргнуть не успел. То есть внешне он остался таким же весёлым, задорным нарушителем порядка и развлекателем публики… А вот внутренние изменения, которые претерпел характер Поттера, были велики. Таким образом, к шестнадцати годам Джеймс стал представлять собой описанную ниже картину…
  Для Джеймса принципиально важно, что скажут о нём другие, он не стремится нравиться всем  (Мерлин упаси! Это ж невозможно), но стремится к тому, чтобы о нём говорили. Джеймс аки великий стратег всех времён и народов провоцирует своих врагов на скандалы и смотрит, что из этого получается. Он давит на «болевые точки» людей и наблюдает за последствиями. Это низко и гадко, скажете вы, но разве вы рассчитывали на то, что Поттер – божий одуванчик? Джеймс презирает окружающих, по каким-то неведомым причинам он возомнил себя лучше и мудрее других. Но несмотря на свою ненависть к обществу, Джей не может существовать без него. Ему нужна публика. Джеймс и сам не скрывает своей сущности, не прикидывается эдаким симпампончиком и прекрасно знает, что представляет собой вполне мерзопакостную циничную сволочь, способную загадить всё, до чего дотронется. И такая правда его вполне устраивает. Словом, такому, как Джеймс, самое место на факультете Слизерин. И автор даже не сделает ни малейшей попытки заставить читателя проникнуться к данному персонажу уважением и симпатией. Джеймс просто убивает своей наглостью. Он заставляет окружающих верить, что ему на самом деле до лампочки фиолетовой, что они думают о его персоне. И именно это притягивает окружающих к Джеймсу.
  Вопреки всем доказательствам, Джеймс убеждён, что никакими особенными талантами не блещет. Он уверен в том, что ничего абсолютно собой не представляет, в отличие от своих друзей, например, что кроме его едких мыслишек и сомнительных идей у него ничего в жизни нет, и что стоит ему перестать развлекать своими проделками народ, как все его мнимые друзья мигом от него отвернутся. Ничего себе самооценка у школьной знаменитости, не правда ли?Джеймс любит копаться в недрах своих мозгов и вбивать в них всякие навязчивые идеи о том, что он никому не нужный, глубоко несчастный и вообще жизнь его была бы гораздо проще, интересуйся он только полнотой своего желудка, как это делает Питер.
  Но всё же Джеймс – гриффиндорец. Надо полагать, неспроста. А это всё же кое что значит. Значит, что всё не так запущено, как кажется на первый взгляд… Значит, нужно копнуть глубже. Значит, таится нечто большее. Гриффиндорец – это диагноз, друзья. И выражается этот диагноз не только в неудовлетворительных отметках по предмету декана Слизерина. Гриффиндор – это заноза в попе Хогвартса. Гриффиндор – это храбрость, граничащая с безрассудством. Гриффиндор – это благородство и жажда справедливости. Гриффиндор – это дружба на века, готовность к самопожертвованию. Таков и Джеймс.
  Да-да, в глубине он добрый и чуткий молодой человек. Есть множество вещей, способных заставить его переживать, много чем можно его задеть, заставить комплексовать – всего и не упомнишь. И под влиянием всяких переживаний, Джеймс пишет сентиментальные депрессивные стихи. Стихи эти Джеймс никому не показывает. Помимо стихов Джеймс пишет музыку. И получаются песенки. И это характеризует его, как личность творческую, соответственно, мысли о высоком нередко посещают Джея. Только об этом мало кто знает. Да о Джеймсе вообще мало кто знает больше, чем этого хочет сам Джеймс. Так что человек он скрытный.
  «Такие, как он, всю жизнь насмехаются над нежными чувствами, но стоит одному из них влюбиться, и он становится противно-слюнявым безнадежным романтиком.»(с) "Сильнее всех влюбляются самые отъявленные циники и пессимисты» (с) Это прямо точь-в-точь про Джеймса. И влюбился он, как вы поняли, в Лилиан Эванс. Ничего не скажешь, выбрал саамы недоступный объект из всего Хогвартса, да что там, из всего мира! И не так чтоб помучался полгодика и надоело, а сильно-сильно так влюбился. Лишний повод помучаться и потрепать себе нервы.
  Вот такой вот он – Поттер. Непонятный даже себе самому. Тем более себе самому. И уж подавно непонятный читателю, и вне всяких сомнений непонятный автору. А вот разве что Сириусу Блэку – очень даже понятный. И это повод выпить, друзья!

6. Дополнительная информация.
Ориентайия традиционная, а также твёрдое намерение осчастливить Лили красивыми и очень докучливыми ухаживаниями. Серенады под окнами библиотеки влючены.

7. Связь.
385749465

8. Частота посещения.
Ну, это зависит от одной рыжей... нет, не Уизли.

9. Пароль к правилам.
33 секрета.
и только попробуйте кому-то сболтнуть что сам Джеймс читал правила. Нене!